29.12.2025
29.12.2025. АПИ — Подача даже юридически обоснованных исков и жалоб может обернуться серьезными и непоправимыми репутационными рисками. Но многие адвокаты не ведают, что творят.
Петербурженку с благородной фамилией Дубровская привлекли к ответственности по статье 6.11 Кодекса РФ об административных правонарушениях. Наказание – предупреждение. Соответствующая запись появилась на портале мировых судей Санкт-Петербурга.
И она осталась бы незамеченной, если бы не бескорыстные интересы защищавшего сударыню адвоката Игоря Мангилева из Невской коллегии адвокатов. Который оспорил постановление в районном суде. Жалобу, очевидно, отклонили, но из опубликованного решения все узнали, что Полина Дубровская занималась проституцией. Подробно описано, что, кому, где и за сколько она делала. Причем поймана была на «контрольной закупке». Более того, адвокат настаивал на отсутствии «доказательств систематического вступления Дубровской П.П. в половую связь на регулярной основе за денежное вознаграждение». Эти же доводы защитник приводил и в кассационной жалобе, которая также была отклонена.
Благодаря таким жалобам Игорь Мангилев придал гласности имена как минимум пяти своих доверителей, уличенных в проституции. Но использовать ситуацию он решил в свою пользу: заключив с Полиной Дубровской новое соглашение – теперь о защите её репутации, он предъявил требование об удалении законно опубликованной судебной информации. Выгодный бизнес – сам за деньги клиента создает ему проблемы, а за дополнительное вознаграждение – их решает. По утверждению адвоката, текст решения районного суда «затрагивает интимные подробности её частной жизни». «Полагаю сложившуюся ситуацию недопустимой», – заявил Игорь Мангилев.
Редакция информационного агентства «Судебные решения РФ» вынуждена была напомнить адвокату о гарантированной Конституцией России гласности правосудия. Все дела о проституции рассматривались в открытых заседаниях, то есть Игорь Мангилев не усматривал в материалах дела обстоятельств частной жизни доверившихся ему леди и не заявлял соответствующих ходатайств. Действительно, информация о правонарушениях априори частной жизнью не является.
Недовольный ответом адвокат назвал журналиста «ублюдком», пригрозил физической расправой и заведомо ложным доносом.
В схожей ситуации оказалась и москвичка Алефтина Шульга. Еще в 2005 году против нее возбудили уголовное дело о мошенничестве с квартирой. Поскольку обвиняемая была объявлена в розыск, расследование приостановили. Попытки столичного адвоката Василия Котлова оспорить пассивное поведение следователей во все инстанции не увенчались успехом. Но благодаря его активности на сайте суда появилась информация об участии Алефтины Шульга в неком уголовном деле. Никаких подробностей, в том числе о её процессуальном статусе (подозреваемая или, возможно, потерпевшая), не раскрывалось.
Попытки адвоката скрыть эти сведения привели к прямо противоположным последствиям – публикации судебного решения, свидетельствующего о выдвинутом против доверительницы обвинении в совершении особо тяжкого преступления. Василий Котлов решил и на этом заработать – за счет официально находившегося в бегах клиента предъявил иск к журналистам о возмещении морального вреда, причиненного раскрытием официально опубликованной информации. Преступную деятельность Алефтины Шульга юрист просил признать её «личными данными», а причиненные их распространением страдания оценить в 30 тысяч рублей. Служители Фемиды отклонили все эти требования.
Сторонники так называемой «адвокатской монополии» апеллируют к необходимости защищать граждан от неквалифицированных юристов, не соблюдающих Кодекс профессиональной этики и стандарты оказания правовой помощи. Но в этих документах о репутационных рисках нет ни слова.
В Федеральной палате адвокатов также не смогли разъяснить, обязан ли адвокат предупреждать доверителей о последствиях раскрытия информации в результате подачи формально правильных жалоб, исков и иных обращений.
Сами «герои» [адвокаты Игорь Мангилев и Василий Котлов] от комментариев уклонились.
По данным портала «Судебная статистика РФ», за первую половину года в закрытом режиме рассмотрено 4,7 процента уголовных, 0,1 процента гражданских и арбитражных дел.