29.06.2026
29.06.2026. АПИ — Ответственность руководителей за убытки компании становится все более актуальной темой в свете новых судебных практик. Верховный Суд РФ расширил критерии определения аффилированности и подчеркнул важность раскрытия информации о конфликтах интересов. Это создает необходимость в четких критериях для разграничения обычного делового риска и оснований для привлечения к ответственности, а также в эффективных механизмах страхования ответственности руководителей. Важным аспектом является также выработка научно обоснованных рекомендаций для правового регулирования этой сферы. К такому заключению пришли участники сессии «Ответственность за безответственность: когда руководители компаний должны возместить убытки» на Петербургском международном юридическом форуме – 2026.
Статистика показывает высокий процент удовлетворенных исков к директорам
«Мы сейчас находимся в такой некой парадоксальной ситуации, что как никогда часто стали привлекать директоров к ответственности, и как никогда резко нашей экономике стали необходимы люди, которые готовы брать на себя риски, которые готовы принимать сложные и важные концептуальные решения при управлении бизнесом. И сегодня уже не стоит вопрос наказывать или не наказывать их за ошибки. Действительно, такая практика очень-очень обширная. И если посмотреть на статистику Верховного суда, мы видим, что в более чем в половине случаев действительно директоров привлекают к ответственности», – адвокат Case by Case Юлия Михальчук.
Убытки зависят от доказывания вины директора
«Понятно, что он (конфликт интересов. – Ред.) дает презумпцию о наличии, назовем так разумно, недобросовестности вины; следовательно, если вдруг были причинены убытки. Даже если есть отдельная сделка, которая собственно и причиняет этот самый, так сказать, некий ущерб, он покрывается иными элементами этой сделки, соответственно. В общем результат для компании положительный, поэтому это достаточно важно отметить», – председатель Московской коллегии адвокатов «Андреев, Каганский, Гузенко и партнеры» Иван Гузенко.
Эстоппель защищает добросовестных директоров
«Эстоппель также не нужно рассматривать как некую индульгенцию. Этот инструмент действует исключительно для добросовестных директоров. Хотелось бы, чтобы у нас были не только инструменты для наказания и привлечения к ответственности, но и понятные правила игры и инструменты по защите тех, кто добросовестно принимал решения и действовал в интересах бизнеса в условиях правовой неопределенности», – адвокат, медиатор; управляющий партнер LEGAL to BUSINESS Светлана Гузь.
«Существуют примеры, когда невозможно выбирать в качестве подрядчика либо контрагента неаффилированную компанию, потому что может быть какая-то специфичная деятельность, где очень мало игроков, где не у всех такая хорошая репутация, где не у всех есть средства для больших каких-то контрактов», – адвокат Case by Case Юлия Михальчук.
Неясно определение профессиональной компетенции директора
«Это на самом деле для нас на сегодняшний день очень большой вопрос, потому что, если бизнес заключается в разных видах деятельности, и это не только поставка товаров и производство, а возможно еще что-то, должен ли директор иметь диплом об образовании по конкретной профильной деятельности, которую он осуществляет? Или профессионализм его будет выражаться в том, что у него есть диплом MBA, или диплом госслужащего? Или директор должен быть и юристом, и экономистом, и бухгалтером, и иметь корочки на все виды деятельности, и экологом, и всем остальным», – член правления, руководитель центра корпоративных и имущественных отношений ПАО «Интер РАО»; председатель правления Ассоциации «Цифровая энергетика» Тамара Меребашвили.
Директор несет персональные риски за решения
«Директор в сегодняшних реалиях все больше напоминает канатоходца. Это когда с одной стороны у нас есть собственник бизнеса, который требует показателей выполнения KPI и, соответственно, чтобы бизнес двигался вперед. С другой стороны, у нас есть налоговые органы, у нас есть потенциально в перспективе конкурсные управляющие либо судебный спор, который ретроспективно будет рассматривать под лупой решение директора. И все чаще ситуация такова, что сетка под этим канатом на сегодняшний день отсутствует. И получается, что любое движение вправо или влево несет персональные риски уже непосредственно для директора», – адвокат, медиатор; управляющий партнер LEGAL to BUSINESS Светлана Гузь.
Недостаточное использование страховых договоров для руководителей
«Действительно на сегодняшний день в законодательстве отсутствует прямое определение (страховых. – Ред.) договоров. Это вносит зависимость от того, сработает этот договор, даже если он заключен, от тех решений, которые принимаются судами по, соответственно, отношениям, которые лежат в основе этих договоров. И здесь, наверное, действительно нужно посмотреть, чтобы как-то эту сферу нормализовать», – директор департамента финансовой политики Министерства финансов Российской Федерации Алексей Яковлев.
План преемственности определяет необходимые компетенции и обучение директоров
«У нас, например, опять же в нашей регуляторике мягкой силы рекомендуется утверждать на уровне совета директоров план преемственности. И помимо части плана преемственности, который говорит о том, какими компетенциями должен обладать директор и члены органов управления, исходя из стратегии общества, потому что исходя из того, на что нацеливается компания в долгосрочной перспективе, должна быть углубленная оценка восприятия и понимания по образованию и в том числе психотипу такого лица. Но еще и требование в этом плане устанавливать направления, по которым члены органов управления нужно дообучить: какие-то курсы, какие-то дополнительные повышения квалификации», – член правления, руководитель центра корпоративных и имущественных отношений ПАО «Интер РАО»; председатель правления Ассоциации «Цифровая энергетика» Тамара Меребашвили.
Обзор Верховного Суда разъясняет действия директоров при разграничении ответственности
«Верховный суд принял новый обзор судебной практики, где попытался дополнительно ответить на те важные вопросы, которые поднимаются в ординарных кейсах в нижестоящих инстанциях. И что самое замечательное, на мой взгляд, когда читаешь этот обзор, Верховный суд не стал занимать исключительно обвинительный уклон или исключительно оправдательный уклон. Он наоборот пример за примером стал объяснять, как же необходимо действовать генеральному директору и в каких ситуациях какие действия он должен предпринимать, как он должен раскрывать конфликт интересов, как он должен информировать акционеров, как он должен выполнять их указания», – адвокат Case by Case Юлия Михальчук.
Укрепление правовой защиты руководителей хозяйственных обществ
«Сейчас главная задача правоприменителя в том, чтобы не сделать из директора гаранта безошибочной работы компании и безубыточной деятельности компании. Потому что именно компания является субъектом предпринимательских отношений, который несет риск определенных убытков, и нельзя его переложить полностью на плечи менеджера. Иначе мы просто получим не эффективное управление компанией, а оборонительное», – партнер Адвокатского бюро Forward Legal Олег Шейкин.
Консультации и раскрытие информации защищают директоров от ответственности
«В данном случае безусловно хорошим инструментом является получение дополнительных консультаций, получение дополнительных заключений, доведение в полном объеме информации до участников общества, то есть полное раскрытие информации. И в этом случае уже участник или бенефициар бизнеса в дальнейшем не может переложить ответственность на директора в будущем. То есть срабатывает механизм эстоппеля», – адвокат, медиатор; управляющий партнер LEGAL to BUSINESS Светлана Гузь.
Суды расширяют критерии определения аффилированности для защиты интересов общества
«Третий пункт обзора судебной практики Верховного суда расширяет понятие аффилированности, подсказывая судам, что аффилированность необходимо не только рассматривать формально, исходя из закона об акционерных обществах, но и исходя из фактических отношений с контрагентами, различных сложных связей. Это существенно расширяет пределы и критерии понятия аффилированности, но не думаю, что это можно решить на уровне закона. Остается только надеяться, что суды это расширение будут аккуратно применять, а Верховный суд, в дальнейшем, какие-то критерии вот этой фактической аффилированности установит. Поэтому в части недобросовестности, я думаю, явно тенденция суда – это формализация процесса», – директор департамента экономического и гражданского законодательства Министерства юстиции Российской Федерации Андрей Коваленко.