07.09.2026
Вынужденным участникам порой долгих и дорогостоящих процессов редко удается возместить понесенные издержки. В большинстве случаев суды снижают доказанные расходы до субъективно определенной «разумной» величины. Нередко – с целью «пожалеть» слабую сторону, даже когда она злоупотребляет своими правами.
07.09.2026. АПИ — По закону одержавшие победу в споре участники вправе требовать компенсации понесенных расходов: на привлечение юристов, транспортные, почтовые и иные затраты, назначенные судом экспертизы и иные. Дополнительную путаницу в и так неоднозначную практику решения этих вопросов внесла Федеральная палата адвокатов.
Верховный суд России неоднократно подтверждал право на получение «полных репараций», презюмируя разумность заявленных и подтвержденных расходов. Их снижение рассматривается как исключительную ситуацию, когда оппонентом доказано явное завышение таких сумм.
В то же время на практике с проигравшей стороны в среднем взыскивается от 40 до 70 процентов заявленных «победителем» расходов. Причем доля редко зависит от абсолютной суммы – запрошенные условно десять тысяч рублей могут снизить до одной, а многомиллионные – взыскать в полном объеме.
Лимитом возмещения расходов порой признают цену иска. Например, мэрия Красноярска предъявила индивидуальному предпринимателю Алексею Мезину иск о выплате 6,4 тысячи рублей задолженности за установку рекламной конструкции. Расходы ответчика на получение юридической помощи составили 108 тысяч, но арбитраж взыскал только 447 рублей (7 процентов иска). Взыскание с истца более чем в 10 раз превышающей размер удовлетворённых требований суммы признали неразумным и несправедливым. Пройдя еще несколько инстанций ответчик смог получить 11,2 тысячи рублей (в два раза больше суммы иска и почти в десять раз меньше реальных затрат).
Для предупреждения рисков произвольного снижения эксперты рекомендуют максимально подробно обосновывать необходимость всех затрат, представлять детальную калькуляцию и так далее. Это не только свидетельствует о реальном объеме и сложности проведенных работ, но и позволяет обосновать стоимость каждого этапа. В то же время такая детализация может иметь и обратный эффект. Чаще всего служители Фемиды исключают, в частности, работу юристов по изучению материалов дела, подготовке дублирующих документов (например, апелляционной и кассационной жалоб, если их доводы признают схожими).
Кроме того, для возмещения судебных расходов достаточно доказать наличие и обоснованность соответствующих затрат. Причем не обязательно даже их оплачивать – можно продать (уступить) другому лицу. Такую возможность подтверждает и Конституционный суд России: «Даже если оплата по договору оказания юридических услуг осуществлена не путем перечисления денежных средств, а путем передачи права требования в отношении судебных издержек, суд ... должен исходить из критериев их разумности», – заключили служители конституционной Фемиды.
При разрешении споров о взыскании расходов на привлечение представителя высшая инстанция предписывает учитывать сложность рассмотренного дела, объем документов, количество состоявшихся заседаний, а также информацию о ценах на рынке юридических услуг. В частности, исследования стоимости услуг по судебному представительству много лет проводит группа VETA совместно с Федеральной палатой адвокатов (ФПА). И нередко служители Фемиды признают их аналитику и выводы подтверждением разумности расходов.
Вместе с тем само же адвокатское сообщество по сути девальвировало такие исследования. По логике ФПА, каждое дело индивидуально, цена зависит от множества факторов: конкретной правовой ситуации, рисков доверителя и его правового интереса, квалификации оказывающего помощь адвоката и иных имеющих существенное значение обстоятельств. Такие данные защищены адвокатской тайной и не могут учитываться при сравнении цен. «Это определяет формирование презумпции недостоверности итогов такого рода исследований и несостоятельность основанных на их результатах утверждений о несоразмерности либо несоответствии размера вознаграждения по соглашению об оказании юридической помощи так называемым рыночным ценам», – отмечается в разъяснениях Совета ФПА.
Целью этих разъяснений была защита адвокатов от обвинений в завышении цен. Уже несколько юристов были осуждены за хищение порой миллиардов рублей при предоставлении правовой помощи государственным структурам (АПИ подробно писало о «деле Аэрофлота», Росавиации, НПО имени Лавочкина и других – Опасная юридическая защита). Никакого отношения к взысканию судебных расходов, по уверению ФПА, эти разъяснения не имеют. Более того, руководство адвокатской корпорации признает исследования группы VETA, в которых сама же и участвует.
Однако пояснить, как клиенты адвокатов должны отделять «правильные» исследования рыночных цен от «неправильных», в ФПА не смогли. Равно как и опровергнуть, что их разъяснения могут лишить участников споров, требующих возмещения выплаченного адвокатам гонорара, последнего доказательства разумности таких расходов.
В ряде регионов адвокатские палаты опубликовали рекомендованные или минимальные ставки вознаграждения. Практика их применения также остается противоречивой. С одной стороны, это позволяет обосновать хотя бы минимальную сумму. С другой – оппоненты могут настаивать на снижении реальных затрат до «адвокатского минимума». Нередко участники спора утверждают, что такие ставки касаются только членов профессионального сообщества и на не входящих в адвокатуру юристов не распространяются.
Неоднозначной остается и практика взыскания даже прямых расходов – транспортных, почтовых и иных. Нередко суды «придираются» к форме билетов, способу их оплаты, необходимости самой поездки и так далее.
Также служители Фемиды оценивают «роскошность» командировок юристов и материальное положение их оппонентов. Например, отклонив иск частного инвестора Владимира Осипова, пытавшегося добиться конвертации принадлежащих ему акций Yandex N.V., арбитраж сократил расходы выступавшей ответчиком компании «Солид менеджмент» с 8,9 млн до 50 тысяч рублей (в 178 раз!). В частности, неразумными признали перелеты юристов бизнес-классом, проживание их в отелях Radisson, Mercure и Novotel, а также необходимость участия сразу двух представителей. «Осипов, как физическое лицо, являлся заведомо слабой стороной в процессе с крупными российскими компаниями (МКПАО «Яндекс» и АО «Солид менеджмент»)», – отмечается в решении.
Показательное решение было принято в отношении Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (АСВ). Более 1,3 млн рублей она потребовала от пенсионерки Людмилы Молявко, которая судилась за спасение своих накоплений, пропавших в банке «Канский». Хотя АСВ не обязательно было отправлять юриста из Москвы в Красноярск – можно было участвовать в заседаниях с использованием системы веб-конференции: «Многолетние, дорогостоящие командировки представителей Агентства в Сибирский федеральный округ были продиктованы не интересами эффективного правосудия, а исключительно внутренним административным решением, то есть носили сугубо субъективный и избыточный характер».
Более того, служители Фемиды указали на социальный и даже политический аспект предъявления миллионных требований к слабой стороне: «Возложение на вкладчика непомерных судебных расходов не должно носить, по сути, карательный (штрафной) характер. Такое формальное использование процессуального права в целях, явно не коррелирующих с интересами правосудия и приводящих к угрозе возложения на оппонента непосильного финансового бремени, суд расценивает как поведение, противоречащее принципу добросовестности», – отмечается в решении Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа.
Также суд обратил внимание, что хотя основной иск пенсионерки Людмилы Молявко и был отклонен, инициированное ею разбирательство позволило установить факт причинения вреда конкурсной массе и точный общий размер убытков. Причем не только для слабой истицы, а для всех кредиторов банка, объявленного несостоятельным.
Нередко возникают споры и о соразмерности расходов на экспертизу. По общему правилу заинтересованная в её проведении сторона предлагает кандидатуру эксперта, но решение о назначении и фиксированной стоимости принимает исключительно суд.
В спорной ситуации оказались петербургские активисты, оспаривающие выделение под застройку намыва Васильевского острова в Санкт-Петербурге. Ответчиком выступал Росприроднадзор, но в качестве третьего лица участвовал непосредственно застройщик «ЛСР.Простор». Специалисты Санкт-Петербургского государственного университета не усмотрели рисков для окружающей среды. На основании этого заключения суд отклонил требования природозащитников.
Тогда застройщик потребовал от истцов почти 5,5 млн рублей, выплаченных университету за оценку экологической ситуации. Апелляционная коллегия полностью удовлетворила заявление компании «ЛСР.Простор». Отменяя это решение, кассационная инстанция констатировала, что при назначении экспертизы её стоимость не обсуждалась, тогда как другие организации готовы были провести аналогичные исследования значительно дешевле. «Участники правоотношений должны в разумных пределах иметь возможность предвидеть последствия своего поведения и быть уверенными в устойчивости своего официально признанного статуса, приобретенных прав, действенности их государственной защиты», – заключил кассационный суд. В итоге разумной признали сумму в 200 тысяч рублей (в 27 раз меньше фактических затрат застройщика).
Практика свидетельствует, что в ходе проведения экспертизы её стоимость может объективно увеличиться. Например, когда специалистам приходится исследовать больший объем документов или иных материалов. Но в такой ситуации экспертная организация обязана информировать суд и стороны об ожидаемом увеличении, а также раскрыть и документально подтвердить, из какого объёма материалов рассчитывалась первоначальная стоимость, и обосновать её повышение. «Увеличение количества экспертных часов не является основанием для изменения размера вознаграждения, если это не связано с постановкой дополнительных вопросов или предоставлением дополнительных материалов», – отмечается в разъяснениях высшей инстанции.
Согласно исследованиям агентства BusinessStat, оборот рынка юридических услуг в России в 2025 году достиг 392 млрд рублей. Около 75 процентов выручки формируют частные клиенты.
По данным Федеральной службы государственной статистики, объем платных юридических услуг населению в 2025 году превысил 202 млрд рублей.
Олег Баулин, вице-президент Федеральной палаты адвокатов
Определение гонорара адвоката основывается на принципе свободы договора. Поэтому проводить какие-либо экспертизы, исследования или спорить с доверителем по этому поводу совершенно бессмысленно.
Совет ФПА дал разъяснения для защиты адвокатской деятельности от внешнего агрессивного экспертирования, основанного на псевдоэкономических методиках. Нередко они проводятся при оспаривании условий уже заключенных договоров (например, в делах о банкротстве, корпоративных спорах либо при попытках инициирования уголовного преследования).
Государство отошло от принципа компенсации судебных расходов в полном объеме. В социально-политическом аспекте это совершенно правильно. Да, иногда суды снижают расходы на представителя, исходя из ставок работы адвоката по назначению или предусмотренных региональными законами об оказании бесплатной юридической помощи.
Наши разъяснения касаются исключительно определения гонорара в договоре с доверителем. Тогда как возмещение судебных расходов – это публично-правовой институт. Разъяснения ФПА никоим образом не лишают участников споров возможности доказывать разумность понесенных расходов с целью их возмещения.
Исследования рынка юридических услуг в принципе возможны. Но недопустимо оценивать «среднюю температуру по больнице», игнорируя юридическое содержание работы, профессиональную специфику и режим адвокатской тайны. Поэтому любые исследования могут дать только самые общие рекомендации, которые в любом случае должны применяться на основе принципа свободы договора.
Юрий Воробьев, партнер, руководитель практики разрешения споров и медиации «Пепеляев Групп»
Разъяснения ФПА раскрывают лишь часть критериев, формирующих стоимость услуг адвокатов. Всегда полезно, когда такие базовые истины исходят от регулирующего органа. При этом разъяснения не являются категоричными и исчерпывающими – напротив, они помогают стороне обосновать уровень расходов и соотнести его с рыночными реалиями.
Безусловно, материальное положение стороны не должно влиять на решение суда о разумности расходов. Это стимулирует участников спора искать пути внесудебного урегулирования или добровольно исполнять предъявленные требования. Но на практике суды часто учитывают социальное и материальное положение стороны, пусть даже и не указывают это в определении о взыскании расходов.
Артем Рудой, юрист корпоративной и арбитражной практики Адвокатского бюро «Качкин и Партнеры»
Разъяснения ФПА вряд ли изменят практику взыскания расходов на получение помощи адвокатов. Доверители не лишаются возможности ссылаться на исследования рынка, рекомендованные адвокатскими палатами ставки вознаграждения и открытые расценки юридических фирм. Однако такие исследования по-прежнему не будут иметь заранее установленной силы.
При определении разумного размера расходов на представителя социальное или материальное положение проигравшей стороны не имеет правового значения. Снижение размера вознаграждения должно быть связано именно с доказанной чрезмерностью (неразумностью) расходов, а не с тяжелым положением должника. Поэтому говорить о сложившейся практике «пожаления» должников применительно к расходам на представителя нельзя.
Суд должен определить размер вознаграждения эксперта в твердой сумме до назначения экспертизы. Его увеличение не допускается. Наоборот – суд вправе уменьшить такие выплаты по мотиву их чрезмерности.
Елена Лебец, старший юрист Адвокатского бюро «Nordic Star»
Для подтверждения разумности выплаченного юристам вознаграждения важно не просто представить обзор цен или таблицу средних ставок, а показать, почему именно заявленная стоимость соответствует конкретной работе. В том числе учитывая сложность спора, объем исследованных материалов, количество совершенных процессуальных действий, а также необходимость специальных знаний, опыт и специализацию представителя.
Суд должен не «жалеть» проигравшую сторону, а отделять действительно необходимые и обоснованные расходы от не подтвержденных или не соответствующих объему, сложности и необходимости для конкретного дела. Тяжелое материальное положение проигравшей стороны, как правило, не является основанием для произвольного уменьшения суммы взыскания. Вместе с тем нельзя сказать, что материальное положение вообще никогда не учитывается.
Само по себе отсутствие в определении суда конкретной суммы на проведение экспертизы не исключает взыскание таких расходов. Однако в этом случае необходимо подтвердить, что расходы действительно понесены, они обоснованы, стороны знали о фактической стоимости и своевременно её не оспаривали.